Недавно друг прислал мне отрывок из его будущей книги. Не знаю, доведет ли он книгу до финала - пишется она для удовольствия, а не по расчету. Почитайте-зацените, интересно узнать ваши мнения

Нэш Лу
«Постчеловечки»

Вместо вступления, пролога и предисловия.

Мир сошёл с ума? Ничего подобного. Он просто занялся галиматьёй, как вырвавшийся на свободу подросток, у которого слишком много свободного времени и никаких целей в жизни. Этот заигравшийся юнец умеет повторять «Секс, драгс и рок-н-ролл» – девиз пустых поколений, не способных создать что-то новое. Отлично научился ныть, обвинять в своих проблемах родителей и верить глупым словам., но так и не включил свой мозг для того, чтобы перестать ненавидеть себя и отказаться от того шлака, что с годами всё больше и больше заполняет его внутренний мир, превращая прекрасный оазис в провинциальную помойку с блэкджеком и шлюхами. И тут «Секс, драгс и рок-н-ролл» превращаются в «Жизнь – говно» и прочие плаксивые лозунги инфантильных рок-кумиров молодёжи. Хотя эти взрослые дети не видели и сотой доли жизни, даже не пытаясь выглянуть за пределы своих черепных коробок и полупустых карманов. Они знали о жизни всё, но день за днём старательно стирали эти жизненноважные знания, превращаясь в набор штампов, телезомби и социальных роботов. И глядя на других себе подобных, эти ожившие куклы с надеждой про себя повторяют: «Слава Богу, что я не такой, как они. Они лишь существуют, а я живу полноценной жизнью». Но это всего лишь слова. Мы давно уже стали постчеловечками. Даже не постлюдьми, нет. Чем-то смешным, потёртой пародией на самих себя. Прекрасные завораживающие глаза выцвели и потускнели. Даже мечты стали плакатно-шаблонными, не позволяющими никакого инакомыслия. Как будто небесный «Отдел мечтаний» подвергся жесточайшей божественной цензуре в целях коммунистической уравниловки – утопичной, бессмысленной и беспощадной. Вдыхая своими кровно-заработанными дензнаками в эти плакаты жизнь, мы всё равно остаёмся недовольными. Да и кто будет доволен, получая вместо красивой картинки, отрисованнй умелой рукой дизайнера со студии Лебедева, ту продукцию, которую производит заказавший рекламу коммерсант, наплевавший на совесть и честь ради спокойных и мудрых лиц американских президентов, позеленевших от тоски и времени. В итоге все недовольны: постчеловечки – качеством продукции, коммерсант – низким уровнем продаж и импотенцией, дизайнер – своей низкой зарплатой и отрезанностью от финансово-элитных течений и социальной борьбы. Средства становятся целью. А цель становится мечтой. В мечтах же постчеловечки думают о средствах, ставших целью. И как разорвать этот круг? Никак. Зачем разрывать какие-то круги, тратить на это калории и время, если можно просто быть постчеловечком с включённым на полную катушку мозгом, который при работе слегка гудит, как маленький трансформатор. Зачем идти против своей натуры, если с ней можно элементарно и быстро договориться, обеспечив себе счастливую жизнь и спокойную старость? Правильно. Ради романтики. Ради романтики секса в грязных подъездах, эйфории разрезанных вен и радости пролитых ни за что слёз. Танцуйте и пляшите, постчеловечки. Радуйтесь. Вам ещё жить. А как жить – решать не вам. Как вы можете решать, если вы только что узнали о том, что ничего не знаете о жизни? Если фальшивые идеалы всё-таки прорвались сквозь мощные психологические зашиты и бьются вам в висок, показывая всю свою пластмассовую неприглядность? Для того, чтобы решать и выбирать, нужно знать, из чего ты выбираешь. Взглянуть на киноплёнку сериала, которую вы называете своей жизнью, окинуть беспристрастным и суровым взглядом. Не оправдываться и не врать себе. И тогда вы всё увидите.
Тяжело? Конечно. Пока вы, мои любимые постчеловечки, не можете переварить и спокойно разобраться, я расскажу о себе. Для ненаглядного и сермяжного примера. Примера разрывания внутремозговых шаблонов и постоянных прыжков выше головы. А также самообмана и автонейрохирургии. Ну вы поняли, о чём я.
Глава I. Поколение «Х».
Моё поколение – это поколение «Х». Не «икс», как могут подумать любители английского языка, а великой буквы «ха» с которой начинаются такие прекрасные слова, как «хореография» и «хормейстер». С неё начинаются также слова непристойные, но про них вы и так кое-что знаете. А то, чего вы не знаете про эти прекрасные словоспособы выражения эмоций, я расскажу вам немного позже.
Почему именно «Х», а не пелевинское «П» или ещё какие нибудь «У» или «Й»? Потому что моё поколение абсолютно разное и разнообразное, а не однородное, как предполагают высоколобые и лысые изучальщики, о которых часто любит вспоминать пресса, лоббирующая интересы транснациональных корпораций. Кто может рассказать о поколении лучше него самого? Лучше его ужимок, музыки и лозунгов? Его слэнга и мечтаний? Разве что жирно-глянцевый Космополитен. Но его доступность для социально необеспеченных слоёв населения невелика, поэтому придётся послушать нервный и прокуренный голос поколения, вырывающийся с лёгкой хрипотцой из моих обветренных губ. А после оседающий строчками на виртуальной бумаге Майкрософт Офис.
Стой, этого слишком мало, чтобы объяснить выбор буквы для очередного поколения, - скажите вы и будете правы. Ну да, читатель всегда прав. По крайней мере для своей кухни и собеседника, посматривающего на часы и тактично покашливающего.
Потому что часть поколения «Хорошая», часть «Хуёвая», а часть «Хрензнаеткакая». Не знаю как для вас, для меня это вполне весомый аргумент для выбора литеры.
И чем отличается твоё поколение? – спросите вы. – Почему на него надо изводить бумагу, мегабайты жёсткого диска и наше время? Что в нём особенного?
В нём особенно всё. От электронной музыки до новых айподов тач на 32 гигабайта. От моды на эмо-кидов до виртуальных предсмертных записок. От понимания своей пропащести до культа безвкусия. Так много и так пафосно. Так ничтожно и так великолепно. Поколение котов Шрёдингера, которые не знают – живы они или уже ядовитый газ двуличия убил их и отправил в этот Ад. Виват, моё поколение, виват.
А вместе с поколением, виват и мне, его частице. Только идиоты думают, что они – нечто вневременное и внерамочное. Нет, мы не из этого поколения, - упрямо утверждают они. – Мы абсолютно другие и вся эта фигня нас никак не касается. При этом они несут в себе его черты. Может быть далеко не все. Плюс к этому часть этих черт проявляется только при общении в привычном кругу, дома или в анонимной сетевой жизни. Но попытка скрыть их даёт незначительные результаты. Они выползают из приоткрытых кошельков, льются из распахнутых окошек браузера и выпрыгивают из раскрытого рта. Плохие они или хорошие однозначно сказать нельзя. Разные. Но вот то, что они есть у всех представителей «Х» - это однозначно. Присущи они и мне. Часть из них уже старательно выкорчевано, выжжено напалмом и похоронено в клетчатых тетрадках. Но другие-то живы и отлично себя чувствуют в неволе моего колеблющегося разума и потёмках души. Для подробного рассказа о всех них нужно чуть больше времени, чем две сотни страниц маленького формата. Некоторым не хватает и жизни, хотя в этом виновата скорее лень, чем недостаток времени.
Я смотрю на моё поколение. Оно смотрит на меня. Мы внимательно приглядываемся друг к другу, обнюхиваемся и смотрим в глаза. Поколение - в мои карие, я в его разноцветные и многочисленные. И в них вижу себя – потерянного и не всегда уверенного в себе. Симпатичного и неописуемо ужасного. Прогрессивного и аморального. Оно смотрит в мои глаза, но не видит себя. То ли глаза слишком тёмные, то ли генерация не хочет видеть своего облика, боясь оказаться не крутой и не прикольной. Поколение не хочет быть таким, какое оно есть. Оно не хочет быть похожим на своих пожилых и сгорбленных родителей, потерявших надежду на благоразумие чад. «Х» хочет всего, чего угодно, кроме того, чтобы быть собой. Это его и подводит. Не к финалу, не к какому-то концу, а к бесконечному плаванию экскрементов в проруби на волнах своей неудовлетворённости. И не думайте, что это плохо. Это так, как есть.
Глава 2. Начало конца. Конец начала.
Сложно спорить с тем, что детство – один из самых лучших периодов нашей жизни. Не нужно работать, следить за своей внешностью или ухаживать за престарелыми родственниками. Квинтэссенция свободы в не очень чистом виде. Отсутствие стен и баррикад в разбухшем и износившемся мозгу.
Именно поэтому некоторые инфантильные личности хотят вернуться в детство, так как не могут смириться с ответственностью и ежегодно растущими налогами. Прибавив в росте больше метра, это недовзрослые так и не могут понять, что пора бы принять мир таким, какой он есть, и вместо того, чтобы извергать потоки ругани и плеваться на всех подряд, можно понять мир, принять его и начать менять так, как тебе хочется.
Но речь не об этих взрослых детях. Пусть себе бегают по лесопосадкам в кольчугах из проволоки и машут деревянными мечами. Ещё не хватало, чтобы я тратил своё внимание и силы на них или им подобных. Лучше направить их, то бишь силы, а не взрослых детей, в более интересное когнитивное (познавательное) русло. Познавать самого себя, например.
Сколько вам было лет, когда ваша память включилась и начала записывать на извилины вашего жёсткого диска происходящее вокруг вас? Мне было года два-три, когда первые воспоминания врезались в мой мозг и отпечатались в памяти. Я был миленьким мальчуганом в цветастых шортах и майке. Настолько миленьким, что старушки в трамвае говорили моей маме: «Какая у вас красивая девочка!» И очень удивлялись, что это совсем не девочка, а даже наоборот. Они недоверчиво качали головой и выходили на своей остановке.
Мне было наплевать, что меня принимали за девочку. Главным было то, что меня называли красивым. Мне вообще нравится быть красивым. Не гламурным клоном с обложек журналов или дорогих духов, а просто красивым. Нужно сказать, что это слово для меня всегда было более широким, чем правильные черты лица или отсутствие прыщей на лице. В нём всегда содержалась внутренняя красота: доброта, дружелюбие, щедрость и многое другое. То, что должно быть, по моему мнению, в каждом человеке.
К моему удивлению, красоты, в моём понимании, вокруг меня было не так много. Внешней – хоть отбавляй, прибавляй и умножай. А внутренней – совсем чуточку. Этой чуточкой были мои родители, у которых тогда было намного меньше морщин и намного больше оптимизма.
Многое из того, что я видел, было не красивым. Оно было каким-то не таким, не по всевышним ГОСТам и правилам. Уродливое, железобетонное и злое. Гадкое и мерзкое.
Нет, в то время меня абсолютно не волновали голодающие дети в Конго. Или гибнущие леса Амазонки. Волновало то, что вокруг творится несправедливость. Всё неправильное и безобразное. И самое страшное то, что никто не может это изменить или исправить.
С самого детства я приглядывался к миру и впитывал его как кухонная губка для посуды. Копил в себе ощущения и запахи, мысли и идеи. Я приглядывался к себе и искал ответы. Не скажу, что нашёл просветление, нет. Просто сделал свои выводы относительно мира и себя. Не такие уж, хочу вам сказать, и плохие выводы. Нужно только не врать себе. Говорить честно и открыто со своей второй половиной. Не с любимой девушкой, а с чёрной кляксой внутри, которая вырабатывает страх, отбирая решимость и волю к действию. Нужно с ней разговаривать, уговаривать и задабривать, приручать и обучать, становясь сильнее и увереннее. Убить, убрать или задушить её всё равно не получится. Даже если заниматься этим всё время. Лучше договорится на равных, чётко расписав все обязанности и права. Тогда оставшееся время можно потратить на интересные занятия. Или на полезные и социально важные.
Так вот, окружавший меня мир не устраивал моё внутреннее «я» чуть более, чем полностью и смириться с этим я никак не мог. А так как никаких учителей и наставников у меня не было, пришлось самому ввязываться в эту заведомо проигрышную борьбу. Успехов она принесла немного, зато из всяческих поражений можно составить энциклопедию для неудачников. Но это забавно занятие мы оставим для пенсии. Лучше поучаствуем в песнях и плясках постчеловечков.

/Сиськи как начало конца?/
Начало конца – в молочных железах. Да, да, вы верно поняли, что начало конца в банальной женской груди.
- Да ну не может быть, не гони нам фуфло, - скажете. – При чём здесь сиськи-то?
С самого рождения мать кормит своё дитятко грудью, наполненной молоком и от этого раздувшейся, с набухшими синенькими трещинками вен. Дитя усваивает, что сиська дарит еду, чувство защищённости и покоя. И тут, через некоторое время, её отбирают и начинают пичкать кашами, мясом и фруктами с овощами. Откуда теперь браться чувству покоя и комфорта? Где теперь можно прижаться к родному и тёплому телу, пахнущему жидким мылом и пелёнками?
Негде. Забрали у ребёнка малую родину и оставили в депрессии. Тет-а-тет с чувством одиночества. Дитятко, привыкшее к виду и вкусу молочных желез, хочет продолжения банкета, но не получает его. Остаётся только ждать, когда же опять можно будет прижаться и впиться обшарпанными губами в тёплый сосок и пить-пить-пить материнское молоко, вкус которого так быстро забывается.
Если следовать этому примеру, то можно прийти к выводу, что геи питаются в детстве сухими смесями и молоком из бутылочки. Но этого я не знаю. Да и в грудях, может быть, не начало конца, а конец начала?
Сиськи становятся чем-то заветным, тем, чем они не являются и для высокоразвитого разума являться не могут. Но какой в таком юном возрасте может быть развитый разум? Неосознанное нечто, масса эмоций и познание мира через призму своих комплексов и эмоций. А также гормонов, на которые молочные железы влияют с какой-то магической силой. Железы не те, которые увидели по телевизору, а реальные, случайно подсмотренные в раздевалке или ванной комнате. Те, которые у многих впаиваются в мозг и остаются там даже при старательной чистке воспоминаний.
Содержание лифчиков становится табу, и все стараются делать вид, как будто этой проблемы нет и она надумана и высосана оттуда, откуда её вообще можно высосать. Если проблемы вообще высасываются, а не придумываются и не создаются божественным генератором проблем.
Была бы моя воля – я бы разрешил летом женщинам ходить также, как и мужчинам, то есть топлесс. Сначала это шокировало бы публику и спровоцировало, скорее всего, в нашем диком животном обществе, волну изнасилований и просто насилия. Но постепенное приближение к «цивилизованному обществу» с голыми титьками решило бы демографическую проблему, уничтожило множество комплексов, связанных с сексом и оторвало бы мысли мужчин от женских прелестей, позволив им достигнуть просветления.
К сожалению, проблемы не только в них. Да и с таким первобытным обществом с конституционной анархией не поэксперементируешь. Люди слабо воспринимают шутки отличные от эротическо-порнографических, что уже говорить про разрешение комплексов и постоянное введение новых правил?
Остаётся только обращать внимание, подмечать и записывать на жёсткие диски мозга, оставляя информацию тем, кто не просто кушает и какает. Тем, кто постоянно ищет себя в жизни, не сидит на месте и не скучает. Тем, кто может быть интересными себе и другим. Это записки на криптоманжетах для постлюдей от постчеловечка. Внемлите, товарищи, внемлите. Поток сознания уже вырвался наружу и транслируется через страницы этой книги прямо в ваш мозг. Впитывайте, начинайте жить своей жизнью, выбирать для себя то, что вы хотите и действовать в соответствии со своим видением жизни, а не с гнилыми устоями общества. Сиськи – начало конца. И конец начала. Этап пройден, необходимо двигаться дальше, на встречу новым пониманиям и открытиям в себе очередных дверей в потёмки души и комнатки мозга. Для того, чтобы уничтожить себя и построить заново. Более живыми, более интересными, более человечными.

/Очередной этап/
Когда проходишь очередной этап, как мы с молочными железами, то тебе необходимо время для того, чтобы остановиться и разложить все свои мысли по полочкам, переварить все полученные факты и сделать для себя выводы. Но у тебя нет этого времени. Времени вообще нет, оно относительно, но у тебя нет даже этого относительного несуществующего времени. Ты должен постоянно торопиться, ритм жизни просто обязан нарастать. Занять своё тело, свои мозги и пристроить руки. Только для того, чтобы не остановиться и не разочароваться в жизни. Потому что остановившись, человек не всегда может продолжить свой путь. Ему становится лениво, он заказывает себе диван из Икеи и ложится прямо на достигнутом месте.
- А зачем мне дальше? – спрашивает сытое и ленивое животное внутри нас. – Мне и тут неплохо.
Но тут приходит величественное Нечто из Ниоткуда, даёт животному подзатыльник и животное бежит дальше, неся на своей волосатой спине диван и огромную жалобу о несправедливости мира. Потому что останавливаться нельзя, ибо остановка – это смерть. Сначала смерть духовная, а затем физическая. Или наоборот, у кого как получается.
Иногда кажется, что это Нечто божественного происхождения. Но на самом деле оно работает на Мировое Правительство. На какой-нибудь клан безумных стариков, управляющих всем на свете и мечтающих то ли о глобальном геноциде, то ли о безболезненном мочеиспускании. В любом случае, каждый раз, когда ты останавливаешься и снимаешь со спины свой Икеевский Диван, они смотрят на твою недобритую рожицу в камеры, установленные повсюду, даже в твоём уютном туалете и зовут Нечто, и выдают ему очередное задание. Потому что если ты остановишься на достаточно долгое время и не задохнёшься в продуктах своей жизнедеятельности, то вполне можешь найти своё Просветление и стать очередным Буддой или, на худой конец, Папой Римской. А кому это надо? Все места уже расписаны на несколько сотен лет вперёд. И ты там никаким боком не можешь примазаться. Тебе остаётся только пугаться этого Нечто, взваливать на волосатую спину диван и брести вперёд. Старики и Нечто ликуют, выпивая шампанское галлонами, но они и не знают, что если за время отдыха ты успеешь задаться важными вопросами, то даже на ходу, в суматохе и панике, сможешь дать себе на них ответы. И тогда Нечто уволят, а стариков отправят на незаслуженную пенсию. Берегитесь, транснациональные корпорации, гоняйте своих волосатых Гомеров с Диванами. Пусть эти Гомеры крадут по мелочам и считают себя важными личностями. Мы-то знаем, кто есть кто в планетарных масштабах. Мы-то знаем.
Но оставим пока что Стариков в покое. Вернёмся к этапам. В жизни постчеловечка есть масса этапов. И если раньше всё было просто: детсад-школа-университет-работа-женитьба-смерть, то на данный момент количество этапов заметно увеличилось и они стали меняться местами, как пятнашки. Следите за ними внимательней и многое увидите. Вы заметите, как из сперматозоида превратились в нечто более разумное, доброе и вечное. И увидя это вы сможете начать подводить итоги, сводить дебеты с кредитами и высчитывать своё сальдо. Но не раньше. И, что будет лучше для вас, не позже.
Вздохните поглубже, отложите книгу в сторону и сделайте свои первые выводы. Не важно, похожи они на мои или нет. Главное, чтобы вы начали их делать.
Чего так быстро-то вернулись? Готовы дальше блуждать коридорами сознания? Тогда вперёд.




Глава 3. Детство как вариант беспомощности.
Временами так хочется вернуться в детство! Туда, где нет никакой ответственности, нужно лишь кушать, спать и слушать родителей. Где есть плюшевый мишка и друг из детсада. Где мир кажется бескрайним и полным загадок. Детство кажется нам, считающим себя взрослыми, чем-то прекрасным и безвозвратно утерянным, практически идеальным. Не потому, что в нём всё было так гладко и прекрасно, нет. Скорее из-за того, что услужливая память вытеснила все гадкие и плохие воспоминания в бессознательное, оставив только хорошенькое и миленькое. Его-то мы и вспоминаем, мечтая вернуться в сопливое и слюнявое детство. А если вдруг память откроет для нас себя нараспашку, то желание вполне может отпасть само по себе. Или с вашей помощью.
Мерзость, вытесненная защитными механизмами, будет отравлять вашу жизнь до того момента, пока вы не пропустите её коридорами извилин и не отпустите на волю. Хорошо бы, если не через отверстие от пули. Или какую-либо подобную дырочку в черепной коробке.
Вернуться в детство означает сдеградировать, опуститься по лестнице духовного развития на десятки ступеней, отказавшись от осознанности и ответственности. Стать бесправным и беззащитным, пустым и неопытным. «Святым», по мнению некоторых. Ну да, отлично быть святым, сидя в монастыре и почти не имея внешних раздражителей. В стопятьсот раз сложнее быть святым в условиях городской вседозволенности и псевдосвободы, граничащей с идиотизмом. Но мы не о святошах, а о детях, если кто забыл. А дети не такие уж и святые, как кажется их родителям. И точно намного менее святые, чем мощи старцев из монастырей, чьи души бьются в агонии и просят нормальных человеческих похорон. Но звон колоколов заглушает эти стоны, да и кто в них будет вслушиваться, если надо отстроить ещё одну церквушку, отбить территорию у врага и запустить катушку пропаганды на полную мощность, привлекая всё новых и новых инвесторов, то есть адептов ортодоксальности и фанатизма.
Но, как всегда, дело не в этом. Дела вообще не в этом и не в том, они закольцованы, как уроборос и сосредоточены исключительно на себе. Поэтому спрашивать про дела есть смысл у адвокатов или прокуроров. У остальных можно спросить: «Как поживаешь?» или даже сразу перейти к расспросам о новых жизненных ситуациях. Чтобы избежать кретинского диалога: «- Как дела? – Нормально, а у тебя? – Нормально.»
Но к чёрту дела, жизненные ситуации и уроборосов. Давайте лучше опять про детей, о которых все забывают, как забывают в нашем государстве обо всём, что не касается распределения материальных благ и высоких чинов.
«Дети – это наше будущее». Какие-то слабаки и мудаки испохабили эту фразу и она превратилась в какой-то гротеск с элементами порнографии. Если дать им любую, хоть самую мизерную власть, то с их лёгкой подачи дети станут не будущим, а цветами на могилах родителей. Нельзя всяких уродов допускать к власти, да и вообще к любому каналу, походящему на средство массовой информации. Пусть тусуются себе в своём любимом андеграунде, раздают друг другу медали за измену Родине и называют себя культурой. Больные люди, должен вам сказать.
- Так ты за тоталитаризм! – крикнут в гневе читатели, заляпая слюной страницу книги, отпечатанной и так не большим тиражом. – Ты – сталинский орлёнок!
- Как бэ да, - отвечу этим разгневанным разночинцам. – Я за разумный тоталитаризм. Не тот, в котором убивают за три колоска хлеба. А тот, в котором мрази, ломающие неокрепшую психику детей, работают на урановых рудниках, коррумпированные чиновники лишаются руки и не отправляются на пенсию, в котором есть порядок и место для жизни честных граждан, трудолюбивых и добросовестных. Многие поддерживают тоталитаризм, но только в том случае, если сами будут руководить им. А я готов не руководить, а быть частью механизма, его деталью или даже винтиком, но работать так, как нужно. А не с пятью перерывами на обед и перманентным похуизмом, как это делает моя страна.
Почему же в названии главы упоминается о детстве, но в ней самой от детства только красочная обёртка, на которой чётко видны отпечатки чьих-то ног? Вот потому, что дети беззащитно. На них можно забить болт и написать о каком-то тоталитаризме, священниках и адвокатах.

Реально многабукаф! надо было дозировать ))) Про сиськи понравилось, но мне кажется нехватает некоторой линии, т.е. к чему-то это должно подвести, к переосмыслению реальности в каком-то конкретном направлении =)

joice писал(а):


Еще бы не понравилось, админу байкерского сайта!
Кроме шуток - мне тоже понравился текст, да и линия мне кажется не нужна. Я например просто читал и параллельно размышлял, вспоминал, сравнивал - просто отрывок стимулирует мыслительный процесс, это и понравилось )

Неплохо для начала
Я такое лет в 16 думал
Про сиськи не согласен
Идеальный тоталитаризм столь же трудноосуществим как и абсолютная свобода
Ощущение- каждый кусок писался залпом в определенное время после определенных впечатлений
Мировое правительство упомянуто в тему, про людей без мечты(а у меня их 99,9% знакомых) тоже
Культ самоуничтожения- актуален как никогда, во всяком случае в нашем отдельно взятом государстве
Пусть дальше пишет чел на правильном пути

а мне не очень... вообще стандартный для нынешнего времени текст

После прочтения нескольких строк, прекратил читать... Спустился вниз к коментариям, прочёл, и продолжил чтение. Мне не понравилось. Хороший стиль написания предложений и изложения мысли, более ни чего сказать не могу...
Почему не понравилось?! Да потому, что я смог прочитать только изложение каких-то извесных, покрайней мере мне, общественных событий. В этой части книги, много раз повторяется обращение к людям, обладающим деградированным интелектом. Я согласен с тем, что в действительности очень много людей обладающих огромной ленностью и трусостью, но всё-же не приятно читать. (Понимаю, что осознанно написано так.)
Со многими мыслями не согласен. Например: Желание людей возвратиться в детство, которое ассоциируется только со стремлением избежать ответственности взрослой жизни, укрывшись возпоминаниями родительской заботы.
К примеру я, часто стараюсь уловить моменты своего состояния, которое содержит в себе чувства ощущения каких-либо событий, именно в том, детском возприятии, но причина тому не безответственность, а иное возприятие действительности...
Этот разказ навёл меня на мысль "пофилосовствовать" в вашей компании... Я открою новую тему, название которой будет - Я (Надеюсь будет интересно.)

Не, на самом деле нечто претенциозное. Так писать нельзя, напрашивается вопрос "А ты сам хто такой ваще?".

Прочитал первых пару строчек. Может и не прав, но читать не буду.

Может автор хочет Mr. Freeman-ом от литературы?))